a6ceabdc     

Томилин Анатолий - Кто Раз Тонул



Анатолий Томилин
Кто раз тонул...
Мы сидим в салоне за низеньким столиком возле самого иллюминатора.
Чувствуете, как звучит: "В салоне". А ведь расположен он в центре
космического корабля. Что из этого, если наш корабль никуда не летит, а
послушно сутки за сутками крутится, как на привязи, возле планеты. У него
и название: "Земля-2". Нам противно называть "салоном" кают-компанию, а
честный курсантский кубрик - спальной комнатой. Но сухопутные названия
фигурируют в ведомостях и рапортах, и потому никуда от них не денешься.
Старый орбитальный спутник - одна из самых первых населенных станций
ближнего космоса - отдан нашему училищу в качестве базы для практики.
Нас - трое: Валька Корольков из группы астронавигаторов, Никита
Шерснев, штурман-стажер, и я.
На базе - вечер. Это значит, что плотные жалюзи прикрыли иллюминаторы,
выходящие на солнечную сторону, и в помещениях зажегся свет. На столе
перед нами три бокала с крепким, как черт... кофе. В душах - скука.
Восемнадцать суток без земли. Подъем по распорядку, вахты, занятия, тренаж
в условиях невесомости. Все это, конечно, увлекательно, но только для
первокурсника. Мы же почти выпускники. И потому смотрим друг на друга
взглядами умудренными и даже несколько утомленными космосом и
бесконечностью.
Валька только что в пятнадцатый раз закончил повествование о том,
почему семейной традиции морских капитанов предпочел жизнь космического
скитальца. Мы знаем его историю наизусть. Но запас притч, басен и
захватывающих рассказов давно иссяк. На базе ограниченное число людей.
Каждый знает друг друга с точностью рентгеновского снимка. И потому мы
безуспешно боремся с одолевающей скукой. Кажется, зачета по
психологической устойчивости никому из нас не получить так "запросто", как
казалось на Земле.
Валька заканчивает свой рассказ традиционной фразой:
- Нет, ребята, кто раз тонул, того вряд ли увлекут лавры
чемпиона-ватерполиста.
Мы с Никитой медленно качаем головами. Неизвестно, соглашаемся или нет
с выводом приятеля. И вдруг...
- Чушь, братцы, откровенная чушь...
Оглянулись. Никита вскочил, предлагая стул. Никто из нас не слышал, как
он подошел. Среднего роста сухощавый человек в куртке пилота.
- Через час - в рейс... Посижу?..
Еще бы! Новый человек на базе. Кто такой, откуда?.. Его подвижное лицо,
покрытое темным загаром, показалось мне чуточку знакомым. Но где я мог его
видеть?.. Впрочем, какая разница. Сейчас он откинется на спинку кресла, и
тогда... тогда у нас снова будет пища для размышлений на неделю, ну даже в
самом неудачном случае - на два дня...
- Ну что, по традиции: гость за стол - историю на стол? Серые глаза,
окруженные сеткой морщин, улыбаются. Нет, это не признак старости. Такие
морщины бывают у людей, которым много приходится щуриться, всматриваясь
вдаль против солнца или наблюдая резвые зайчики на экранах приборов.
- А знаете, откуда пошла эта традиция? Мне говорили, что это еще с тех
времен, когда вес багажа в далеких и длительных экспедициях рассчитывался
на граммы. Когда в контейнерах не оставалось места для книг, а микрофильмы
требовали громоздких проекторов. Вот и получалось, что единственным
источником информации были люди. И каждый новый человек - новый ее
источник.
Мы переглянулись и подумали, что в нашем положении это обстоятельство
не очень-то изменилось.
- Вот ты говоришь, - он всем корпусом повернулся в Валькину сторону, -
что кто тонул - моряком не станет. Тогда никто из тех пацанов, кто хоть
раз в жизни падал с к



Содержание раздела